С. А. Миллер

  8 января 1855 г., Петербург.

  ...Еще 15 сестер милосердия заболели тифом... Завтра я поеду к цесаревичу; может быть, я узнаю еще что-нибудь про Севастополь... Пока могу тебе только сказать, что все находится в том же положении, но число французских перебежчиков увеличивается с каждым днем. Зуавы перебегают к нам в большом количестве, особенно с тех пор, как французское правительство выдало им полушубки. Они находят, что это — самый подходящий костюм, чтобы покидать свой лагерь.

  Один из наших солдат, после продолжительного боя на штыках с англичанином, будучи ранен сам и видя своего врага раненым, сказал ему: «Комрад, комензи, бивштекс!»1 — после чего они, поддерживая друг друга, пришли на русский перевязочный пункт, где их поместили рядом и где они стали лучшими друзьями.

  Зуав писал своим родителям: «Милые родители, я пишу вам из Севастополя. "А! Севастополь, значит, взят!" — скажете вы. Вовсе нет, это я взят. "Ах, несчастный!" — скажете вы. Вовсе нет, я гораздо счастливее, чем у себя в лагере...»

  Я пишу тебе анекдоты, а сердце мое обливается кровью...

  Я прочел «Кто виноват»2, которое одолжил мне Маркевич; это — замечательная повесть, прелестная, одно из тех произведений, которое останется навсегда и которое не может пройти незамеченным, так как оно все написано одним сердцем.

  Стиль очень плохой (в смысле синтаксиса)... На всякой странице встречаются qui pro quo3 — смешные двусмысленности... Но как чувство — очень хорошо, и злоба, которая высказывается в книге, окупается сердечною глубокостью; есть там тоже много вульгарностей, но все это искупается цельностью, которая великолепна...

  Этот человек глубоко чувствует то, что он пишет... И название его повести может быть применимо ко многим другим положениям...

  Рядом с такими пошлыми и вульгарными людьми есть такие благородные, такие хорошие, такие правдивые характеры!..

  В самом деле, отличная книга!..

  Насколько Писемский, Достоевский и все эти писатели натуральной школы скучны и утомительны сравнительно с этой книгой!

  Тургенев, который гораздо тоньше и обработаннее в своих произведениях, ничего не написал такого, что стоило бы этой повести. Что касается до нынешней натуральной школы, это — просто дурной хлам, инвентарий мебели и пустые разговоры; просто жалко! и я не могу присутствовать при таких чтениях, не зевая...4

  Я был сегодня вечером у Петра Шувалова, который увлек меня в свою ложу слушать второй акт «Гугенотов»5. Очень было прекрасно, но, к сожалению, я должен тебе сказать, что Тамберлик оказался гораздо ниже Марио... в сцене дуэли, единственную, которую я видел...


С. А. Миллер. Письма А.К. Толстого С. А. Миллер. Письма А.К. Толстого С. А. Миллер. Письма А.К. Толстого



КОММЕНТАРИИ:
  К письму А.К. Толстого «С. А. Миллер. 8 января 1855 г.»
  Толстая Софья Андреевна (рожд. Бахметева, по первому мужу Миллер, ум. в 1892 г.).



1 Товарищ, пойдемте, бифштекс! (искаж. нем.)

2 Роман А. И. Герцена.

3 путаница, недоразумение (лат.), выражающиеся в том, что одни лица, вещи или понятия принимаются за другие.

4 Ср. письмо С. А. Миллер. 3 января 1855 г. — о чтении романа Писемского.

5 Опера Д. Мейербера.



Условные сокращения


Письма А.К. Толстого
С. А. Миллер. 8 января 1855 г.