Канут

      1

Две вести ко князю Кануту пришли:
  Одну, при богатом помине1,
Шлет сват его Магнус; из русской земли
  Другая пришла от княгини.

      2

С певцом своим Магнус словесную весть
  Без грамоты шлет харатейной2:
Он просит Канута, в услугу и в честь,
  Приехать на съезд на семейный;

      3

Княгиня ж ко грамоте тайной печать
  Под многим привесила страхом,
И вслух ее строки Канут прочитать
  Велит двум досужим монахам.

      4

Читают монахи: «Супруг мой и князь!
  Привиделось мне сновиденье:
Поехал в Роскильду3, в багрец4 нарядясь,
  На Магнуса ты приглашенье;

      5

Багрец твой стал кровью в его терему –
  Супруг мой, молю тебя слезно,
Не верь его дружбе, не езди к нему,
  Любимый, желанный, болезный!»

      6

Монахи с испугу речей не найдут:
  «Святые угодники с нами!»
Взглянул на их бледные лица Канут,
  Пожал, усмехаясь, плечами:

      7

«Я Магнуса знаю, правдив он и прям,
  Дружил с ним по нынешний день я –
Ужель ему веры теперь я не дам
  Княгинина ради виденья!»

      8

И берегом в путь выезжает морским
  Канут, без щита и без брони,
Три отрока5 едут поодаль за ним,
  Их весело топают кони.

      9

Певец, что посылан его пригласить,
  С ним едет по берегу рядом;
Тяжелую тайну клялся он хранить,
  С опущенным едет он взглядом.

      10

Дыханием теплым у моря весна
  Чуть гривы коней их шевелит,
На мокрый песок набегает волна
  И пену им под ноги стелет.

      11

Но вот догоняет их отрок один,
  С Канутом, сняв шлык, поравнялся:
«Уж нам не вернуться ли, князь-господин?
  Твой конь на ходу расковался!»

      12

«Пускай расковался! – смеется Канут, –
  Мягка нам сегодня дорога,
В Роскильде коня кузнецы подкуют,
  У свата, я чаю, их много!»

      13

К болоту тропа, загибаясь, ведет,
  Над ним, куда око ни глянет,
Вечерний туман свои нити прядет
  И сизые полосы тянет.

      14

От отроков вновь отделился один,
  Равняет коня с господином:
«За этим туманищем, князь-господин,
  Не видно твоей головы нам!»

      15

«Пускай вам не видно моей головы –
  Я, благо, живу без изъяна!
Опять меня целым увидите вы,
  Как выедем мы из тумана!»

      16

Въезжают они во трепещущий бор,
  Весь полный весеннего крика;
Гремит соловьиный в шиповнике хор,
  Звездится в траве земляника;

      17

Черемухи ветви душистые гнут,
  Все дикие яблони в цвете;
Их запах вдыхаючи, мыслит Канут:
  «Жить любо на божием свете!»

      18

Украдкой певец на него посмотрел,
  И жалость его охватила:
Так весел Канут, так доверчив и смел,
  Кипит в нем так молодо сила;

      19

Ужели сегодня во гроб ему лечь,
  Погибнуть в подводе6 жестоком?
И хочется князя ему остеречь,
  Спасти околичным намеком.

      20

Былину старинную он затянул;
  В зеленом, пустынном просторе
С припевом дубравный сливается гул:
  «Ой море, ой синее море!

      21

К царевичу славному теща и тесть
  Коварной исполнены злости;
Изменой хотят они зятя известь.
  Зовут его ласково в гости.

      22

Но морю, что, мир обтекая, шумит,
  Известно о их заговоре;
Не езди, царевич, оно говорит –
  Ой море, ой синее море!

      23

На верную смерть ты пускаешься в путь,
  Твой тесть погубить тебя хочет,
Тот меч, что он завтра вонзит тебе в грудь,
  Сегодня уж он его точит!

      24

Страшению моря царевич не внял,
  Не внял на великое горе,
Спускает ладью он на пенистый вал –
  Ой море, ой синее море!

      25

Плывет он на верную гибель свою,
  Беды над собою не чает,
И скорбно его расписную ладью
  И нехотя море качает…»

      26

Певец в ожидании песню прервал,
  Украдкой глядит на Канута;
Беспечно тот едет себе вперевал,
  Рвет ветки с черемухи гнутой;

      27

Значение песни ему невдомек,
  Он весел, как был и с почину,
И, видя, как он от догадки далек,
  Певец продолжает былину:

      28

«В ладье не вернулся царевич домой,
  Наследную вотчину вскоре
Сватья разделили его меж собой –
  Ой море, ой синее море!

      29

У берега холм погребальный стоит,
  Никем не почтен, не сторожен,
В холме том убитый царевич лежит,
  В ладью расписную положен;

      30

Лежит с погруженным он в сердце мечом,
  Не в бармах7, не в царском уборе,
И тризну свершает лишь море по нем –
  Ой море, ой синее море!»

      31

Вновь очи певец на Канута поднял:
  Тот свежими клена листами
Гремучую сбрую коня разубрал,
  Утыкал очелок цветами;

      32

Глядит он на мошек толкущийся рой
  В лучах золотого захода
И мыслит, воздушной их тешась игрой:
  «Нам ясная завтра погода!»

      33

Былины значенье ему невдогад,
  Он едет с весельем во взоре
И сам напевает товарищу в лад:
  «Ой море, ой синее море!»

      34

Его не спасти! Ему смерть суждена!
  Влечет его темная сила!
Дыханьем своим молодая весна,
  Знать, разум его опьянила!

      35

Певец замолчал. Что свершится, о том
  Ясней намекнуть он не смеет,
Поют соловьи, заливаясь, кругом,
  Шиповник пахучий алеет;

      36

Не чует погибели близкой Канут,
  Он едет к беде неминучей,
Кругом соловьи, заливаясь, поют,
  Шиповник алеет пахучий…

Декабрь [?] 1872


А.К. Толстой «Садко» А.К. Толстой «Канут» А.К. Толстой «Слепой»



КОММЕНТАРИИ:
  К балладе А.К. Толстого «Канут»
  Впервые — BE, 1873, № 3, стр. 249—256, с подзаголовком «Легенда».
  Источником стихотворения являются летописные данные о гибели Кнуда Лаварда, известные Толстому как из «Historia danica» датского летописца Саксона Грамматика, так и по их пересказу в «Истории Дании» Ф. Дальмана (Geschiehte von Dänemark, т. 1, Гамбург, 1840, стр. 227— 228). «Это незаконнорожденный плод моего блуда с Саксоном Грамматиком,— писал Толстой Стасюлевичу 3(15) января 1873 года из Флоренции.— К сожалению, я не отыскал в здешней библиотеке ни Адама Бременского, ни Дальмана... так что я более написал балладу па память». Интересно, что Дальмап (стр. 229) отвергает версию, согласно которой жена Кнуда — дочь киевского князя Мстислава Владимировича — во время, непосредственно предшествовавшее его гибели, и в ближайшие годы после нее была в России, что из России, а не из Шлезвига она послала ему предостерегающее письмо. «Это не эпический рассказ,— писал поэт Стасюлевичу,— а только eine Stimmung, как говорят немцы». С большой похвалой отозвался о «Кануте» Тургенев (см. письмо Толстого к жене от ноября 1874 г.).



1Помин – дар, подарок.

2Харатейная – написанная на пергаменте.

3Роскильда – датский город, с X в. резиденция королей и епископов.

4Багрец – драгоценная багровая ткань, пурпур.

5Отроки – в Древней Руси члены младшей княжеской дружины, телохранители и слуги князя.

6Подвод – предательство, обман.

7Бармы – принадлежность парадного наряда русских князей и царей, надевавшаяся на плечи; также: ризы священника или оплечья на них.



Условные сокращения


А.К. Толстой
«Канут»