Князь Михайло Репнин

Без отдыха пирует с дружиной удалой
Иван Васильич Грозный под матушкой-Москвой.

Ковшами золотыми столов блистает ряд,
Разгульные за ними опричники сидят.

С вечерни1 льются вины на царские ковры,
Поют ему с полночи лихие гусляры,

Поют потехи брани, дела былых времен,
И взятие Казани, и Астрахани плен.

Но голос прежней славы царя не веселит,
Подать себе личину он кравчему2 велит:

«Да здравствуют тиуны3, опричники мои!
Вы ж громче бейте в струны, баяны-соловьи!

Себе личину, други, пусть каждый изберет,
Я первый открываю веселый хоровод,

За мной, мои тиуны, опричники мои!
Вы ж громче бейте в струны, баяны-соловьи4

И все подъяли кубки. Не поднял лишь один;
Один не поднял кубка, Михаило князь Репнин.

«О царь! Забыл ты бога, свой сан ты, царь, забыл!
Опричниной на горе престол свой окружил!

Рассыпь державным словом детей бесовских рать!
Тебе ли, властелину, здесь в машкаре5 плясать!»

Но царь, нахмуря брови: «В уме ты, знать, ослаб
Или хмелен не в меру? Молчи, строптивый раб!

Не возражай ни слова и машкару надень –
Или клянусь, что прожил ты свой последний день!»

Тут встал и поднял кубок Репнин, правдивый князь:
«Опричнина да сгинет! – он рек6, перекрестясь. –

Да здравствует во веки наш православный царь!
Да правит человеки, как правил ими встарь!

Да презрит, как измену, бесстыдной лести глас!
Личины ж не надену я в мой последний час!»

Он молвил и ногами личину растоптал;
Из рук его на землю звенящий кубок пал…

«Умри же, дерзновенный!» – царь вскрикнул, разъярясь,
И пал, жезлом пронзенный, Репнин, правдивый князь.

И вновь подъяты кубки, ковши опять звучат,
За длинными столами опричники шумят,
И смех их раздается, и пир опять кипит,
Но звон ковшей и кубков царя не веселит:

«Убил, убил напрасно я верного слугу,
Вкушать веселье ныне я боле не могу!»

Напрасно льются вины на царские ковры,
Поют царю напрасно лихие гусляры,

Поют потехи брани, дела былых времен,
И взятие Казани, и Астрахани плен.

1840-e годы


А.К. Толстой «Василий Шибанов» А.К. Толстой «Князь Михайло Репнин» А.К. Толстой «Ночь перед приступом»



КОММЕНТАРИИ:
  К балладе А.К. Толстого «Князь Михайло Репнин»
  Впервые — изд. 1867, стр. 156—158.
  Источником стихотворения является рассказ о смерти Репнина в «Истории Иоанна Грозного» А. М. Курбского: «Упившись <Иоанн> начал со скоморохами в машкарах плясати, и сущие пирующие с ним; видев же сие бесчиние, он <Репнин>, муж нарочитый и благородный, начал плакати и глаголати ему: "Иже недостоин ти, о царю христианский, таковых творити". Он же начал нудити его, глаголюще: "Веселись и играй с нами",— и, взявши машкару, класти начал на лице его; он же отверже ю и потоптал, и рече: "Не буди ми ее безумие и бесчиние сотворити, в советническом чину сущу мужу!" Царь же ярости исполнився, отогнал его от очей своих, и по коликих днях потом, в день недельный, на всенощном, бдению стоящу ему в церкви... повелел воинам бесчеловечным и лютым заклати его, близу самого олтаря стояща, аки агнца божия неповинного» («Сказания князя Курбского», ч. 1, СПб. 1833, стр. 120—121).



1Вечерня – вечерняя церковная служба.

2Кравчий – придворный чин в Московском государстве; кравчий распоряжался подачей блюд и напитков к царскому столу.

3Тиуны – название некоторых категорий частных слуг князей и бояр и административно-судебных должностей в Древней Руси; здесь: верные слуги.

4Баян – древнерусский поэт-певец.

5Машкара – маска, личина.

6Рек – сказал.



Условные сокращения


А.К. Толстой
«Князь Михайло Репнин»